Украинская
Православная Церковь Священный Синод
Отдел внешних церковных связей
Паломнический Центр Железнодорожное шоссе, 3
Киев, 01103, Украина

тел.: +38044-383 04 11
+38044-383 04 12
+38044-383 04 22
MTC +38050-2655542
Kyivstar +38097-5454255
факс.:+38044-529 02 92

pilgrimsua@gmail.com

Мы в СоцСетях
orthodox.org.ua официальный сайт
Украинской Православной
Церкви
refresh
Ок
 
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
        1 2 3
4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 29 30 31
 

В стране древних храмов и монастырей. Христианские святыни Армении.

 [Печать страницы]
Христианские святыни Армении. В стране древних храмов и монастырей

Об авторе. Протоиерей Сергий Гусельников — ключарь Кирилло-Мефодиевского собора г. Самара. Родился в 1960 году в Зерносовхозе «Батрак» Алексеевского р-на Куйбышевской области. Окончил филологический факультет Куйбышевского государственного университета. С 1995 по 1998 годы работал заместителем редактора Православной газеты «Благовест». Член Союза журналистов России, член Союза писателей России. Его книга «Цветок Сиона» (о Святой Земле) получила первую премию на Всероссийском литературном конкурсе имени святого благоверного князя Александра Невского в Санкт-Петербурге. Автор поэтических сборников «В ожидании Пасхи» и «Время жатвы», а также сборника рассказов «Небесные фрески».



 В далёкие уже советские времена моя покойная мама по туристической путевке ездила в Армению. Вернулась она оттуда очень довольная и с воодушевлением рассказывала, как ей там понравилось, как полюбился ей Ереван. Из поездки мама привезла набор открыток и книги. Почему-то тогда в России русскую классику трудно было купить, а в других республиках Союза её издавали массовыми тиражами. Рассматривая открытки, я удивился преобладающей в них религиозной тематике: икона Богоматери, Католикос всех армян, старинные храмы… Всё же это была Советская Армения.
Когда я смотрел на красивую икону Пресвятой Богородицы кисти известного художника Саркисяна, правда, выполненную в европейском стиле, то совершенно не думал о том, что когда-нибудь увижу её оригинал.

Но Промысл Божий неисповедим. В октябре прошлого года с небольшой паломнической группой я побывал в солнечной Армении. Поездку организовала Самарская служба «Паломник». Армения действительно солнечная, так как там было плюс 25 в тени, и горячие лучи заставляли нас то и дело прикладываться к бутылочкам с холодной водой.
Уже в аэропорту Звартноц (в переводе с армянского — не спящие, бдящие ангельские силы), впечатляющем по своим размерам и архитектуре, нас встретили радушные улыбки гида Лилит и водителя микроавтобуса Гамлета. Имя экскурсовода сразу ассоциировалось у нас с библейским апокрифом о первой жене Адама (на самом деле это ошибочное утверждение), а имя водителя — с шекспировским Гамлетом. Но в Армении каких только имён не встретишь.


Лилит сразу же раздала нам в качестве подарка по миниатюрной шоколадке с видами Еревана. Она, кстати, не просто гид, а директор туристической фирмы. Лилит имеет музыкальное образование, прекрасно поёт, была регентом церковного хора.
По ночному Еревану Гамлет везёт нас на окраину, застроенную маленькими одноэтажными домами, в небольшую частную гостиницу, очень удобную и с оригинальным интерьером в восточном стиле. Нас всего десять человек, поэтому мы можем даже выбирать номера. Сам хозяин гостиницы в Ереване не живёт, нас встречают управляющий Армен, невысокий полноватый мужчина средних лет, и служащая на ресепшн Вирджиния, худенькая черноволосая девушка с тонкими чертами лица.
… Ранним утром нас порадовало неожиданное открытие. Из окон одних номеров открывался прекрасный вид на Арарат, а из окон других — на просыпающийся Ереван. В самом просторном номере с видом на библейскую гору мы и читали утреннее правило. Частный сектор, где находилась наша гостиница, располагался на высоком холме. Рядом, кстати, стояла высоченная телебашня.

Когда я посмотрел с этого холма на Ереван, то он удивительно напомнил мне Иерусалим, если смотреть на него с Елеонской горы. Внизу долина, а наверху сам город. И всё это в жёлто-коричневых тонах с минимумом зелени. И уже с утра припекает солнце.


Несколько слов о Ереване. Оказывается, на Кавказе это самый древний город. А еще он даже старше Рима на 29 лет. Время его основания относят к 782 году до Рождества Христова. Город начинался как крепость Эребуни. До 1936 года он назывался Еревань, и лишь затем стал именоваться Ереваном.
По преданию, когда Ной увидел вершину Арарата, то воскликнул: «Еревац» («Она появилась!»).
Армения — первая страна в мире, которая официально приняла Христианство как государственную религию. Произошло это в 301 году, ещё до того, как Император Константин Великий утвердил специальным эдиктом Христианство признанной государством религией Римской Империи. Армянская Апостольская Церковь очень близка к Православию, но исторически и догматически сложилось так, что у Православной Церкви нет молитвенного общения с Армянской Апостольской Церковью. Причины этому трагическому разделению уходят вглубь веков, и нет смысла об этом сейчас говорить.
Принятию Христианской веры Армения обязана святителю Григорию Просветителю. В 2001 году часть его мощей была передана из итальянского Неаполя, где они хранились 500 лет, Католикосу всех армян Гарегину Второму. И теперь мощи находятся в центре Еревана, в крупнейшем в стране соборе, построенном всего за четыре года (1997-2001). Центральный его придел посвящён святому Григорию, а к нему органично примыкают ещё две церкви: святого царя Тиридата и святой царицы Ашхен, которые оказали большую помощь святителю Григорию в деле распространения Христианства в Армении.
Кафедральный собор расположен на высокой площадке и венчает собой прекрасный парк Мира с детскими аттракционами, искусственным озером, маленькими уютными кафе. Как будто ты попал в далёкое уже советское время. Только вид пожилой армянки с пучком свечей в руках говорит о том, что веру здесь никто не преследует и ты можешь купить свечку прямо в парке, подняться по каменным ступеням и пройти в собор. А вообще к центральному входу в храм из парка ведёт широкая каменная аллея. По бокам стоят красивые столбы с фонарями, а увенчивают столбы большие кресты.
Мы вошли в огромный каменный собор. К сожалению, внутри он не представлял собой ничего особенно интересного. Стены без росписей, минимум икон, большой алтарь. Но нас, собственно, интересовал мраморный ковчег с мощами Григория Просветителя. Над ковчегом высокая красивая сень. Сверху спускается искусно сделанная позолоченная лампада внушительных размеров. По кругу просматривается надпись, из которой мы с удивлением узнаём, что лампада является подарком покойного Патриарха Московского и всея Руси Алексия II. Осеняемые огоньком от этой лампады, свидетельствующей о русском присутствии в Ереване, мы прикладываемся к мощам великого святого не только Армянской Апостольской Церкви, но и Православной Церкви (память его празднуется 13 октября н.ст.).
Одной из самых заветных реликвий Армянской Апостольской Церкви является Десница Григория Просветителя.

По традиции Армянской Апостольской Церкви, сохраняющейся поныне, этой десницей Верховный Католикос всех армян благословляет святое миро во время мироварения.
… К вечеру мы подъезжаем к небольшой церкви, укрывшейся во дворе среди высоких домов. Называется она Сурб Зоравор и посвящена святому апостолу от 70-ти Анании. Первоначально этот один из старейших храмов Еревана носил имя Святой Аствацацин (Святой Богородицы). В фундаменте церкви, сохранившемся с VII века, покоятся мощи апостола Анании. Точная дата его погребения неизвестна.
Мы входим в полумрак усыпальницы и спускаемся вниз, где находится саркофаг с мощами апостола. В Армении нет традиции после прославления в лике святых поднимать мощи из гробниц. Они так и остаются на месте первоначального погребения и практически все находятся ниже уровня земли. Конечно, душу охватывает особое благоговение, ведь мы молимся у мощей Апостола, подвизавшегося в числе 70-ти с самим Спасителем. Именно Анания, бывший епископом города Дамаск, крестил ослепшего Савла, будущего первоверховного Апостола Павла. Апостол Анания проповедовал Христа Воскресшего среди иудеев и язычников. Из Дамаска он отправился с проповедью в Елевферополь, находившийся в 50 километрах от Иерусалима, где исцелил много недужных. Но языческий правитель города Лукиан велел предать его мучениям, а затем исповедника веры Христовой вывели за город и побили камнями. Подобно Спасителю, апостол Анания молился за своих убийц, и так с молитвой на устах вошел в Царство Небесное. Святые мощи его впоследствии перенесли в Константинополь. А вот как они оказались в Ереване, никто не знает. Существует предположение, что среди первых христиан, переносивших мощи, были армяне. А после принятия в 301 году Христианства как государственной религии, мощи апостола Анании перевезли в Ереван и предали погребению в местечке, называемом «сады Еревана», построив над гробницей усыпальницу.
Из светских достопримечательностей столицы Армении меня больше всего поразил Музей-институт геноцида армян, расположенный рядом с мемориальным комплексом Цицернакаберд («Ласточкина крепость»), где горит вечный огонь. Для армянского народа этот комплекс тоже святыня, потому что с 1915 по 1923 годы совершалось массовое уничтожение, организованное младотурками не просто армянской нации, а Христианской нации, жившей по евангельским заветам более полутора тысячи лет. Многие и многие люди приняли мученическую смерть. Никто не знает точного количества погибших во время геноцида, проходившего на подвластных Османской империи территориях. Экскурсовод музея сказала, что приблизительно было уничтожено около двух миллионов армян. В музее собрано очень много документов — фотографий, книг, брошюр. На экране показывают видеофильм о времени геноцида. Между экспозициями расположены картины известного французского художника, посвящённые жертвам геноцида, смотреть на которые без душевного содрогания просто невозможно.


Уничтожали армян-христиан всевозможными способами. Депортировали в такие регионы и по такому пути, что им грозила смерть от голода, жажды и истощения (как правило, их депортировали в пустыни); нередко к ступням депортируемых армян прибивали подковы (!). Совершали массовые убийства: расстреливали, вешали, рубили саблями и резали ножами, закапывали живыми, топили, сжигали. Применялись и особо жестокие способы убийства, такие, как распятие, отравление детей и беременных женщин ядами, убийство детей перегретым паром в мобильных паровых банях. Армянских женщин насильно делали наложницами и пытались обратить в мусульманство. Я думаю, уже этого перечисления достаточно, чтобы понять, с какой ненавистью дьявол ополчился на народ, одним из первых принявший Христианство. И конечно, все эти гонения сопровождались издевательствами над верой Христовой и грабежами. В результате геноцида был уничтожен цвет армянской нации: учёные, писатели, художники, музыканты.
Уже во время Первой мировой войны ведущие страны мира признали факт геноцида армян: Франция, Великобритания, Царская Россия (1915 г.), США (1916 г.). Впоследствии его признали Уругвай (1965 г.), Кипр (1982 г.), Европейский парламент (1987 г.), Аргентина (1993 г.), Канада, Греция (1996г.), Ливан (1997 г.), Бельгия (1998 г.), Швеция, Италия (2000 г.), Швейцария (2003 г.), Словакия, Нидерланды (2004 г.), Польша, Германия, Венесуэла, Литва (2005 г.), Чили (2007 г.). Российская Федерация тоже в 1995 г. подтвердила свое признание факта геноцида. Несколько международных организаций также согласны с употреблением этого термина, например, «Постоянный трибунал народов» (1984 г.), «Ассоциация исследователей геноцида» (1987 г.), «Международный центр по вопросам правосудия переходного периода» (2009 г.).
Тем не менее Турция до сих пор категорически отрицает факт геноцида Христианского народа вопреки неопровержимым свидетельствам очевидцев: не только армян, проживавших на территории Османской империи и чудом выживших, но и турецких чиновников, и иностранных служащих (консулов, офицеров, медсестёр, учителей, миссионеров).
Естественно, документы того периода, содержащиеся в государственных архивах, закрыты для доступа, и турецкая цензура тщательно следит, чтобы они не появились в печати.
Ещё в двадцатые годы армяне смогли совершить акцию возмездия над пятью главными организаторами геноцида, сбежавшими в другие страны.
… Мы выходим из музея и поднимаемся на площадку перед мемориальным комплексом. На небе ни облачка, очень жарко. Мы с жадностью прикладываемся к бутылочкам с минеральной водой, которые выдал нам предусмотрительный Гамлет. С площадки хорошо виден Ереван, а за ним, в голубой дымке — Арарат.
24 апреля все армяне стремятся сюда, чтобы возложить цветы к вечному огню в память жертв геноцида армян. Страшная трагедия осталась незаживающей раной этого Христианского народа, но эта трагедия сплотила армянскую нацию во всём мире. Где бы армяне ни жили, они помнят о мемориальном комплексе, построенном в Ереване в 1967 году.
Мы проходим к вечному огню. Вокруг него лежат живые цветы. Играет трогающая сердце траурная музыка. Неподалёку стоит пожилая армянка с седыми волосами, видимо, следящая за порядком. Каждый из нас кладёт на лежащие цветы свои гвоздики, которые нам раздала в музее Лилит (там всегда можно купить живые цветы). Поминаем принявших муки во время гонений армян.
Днём мы посетили ещё Матенадаран — институт-книгохранилище имени Месропа Маштоца, создателя армянского алфавита и письменности. По полному праву его можно назвать и святилищем, потому что в Матенадаране собраны древние Христианские рукописные книги и не только на армянском языке, есть, например, и на церковнославянском.
В основном это Евангелия, труды Святых отцов, богословские труды, духовные книги, проповеди. Они имеют большую ценность. Возьмём труды святителя Иоанна Златоуста. Некоторые из них утрачены и сохранились лишь в армянском переводе.
Как удалось спасти эту духовную сокровищницу в советские времена? Когда к власти пришли большевики, то верующие из храмов и монастырей Армении привезли древние рукописи в Ереван, в книгохранилище, и объявили их национальным достоянием.
Экскурсовод Сюзанна, в крещении Мария, симпатичная черноволосая девушка, так увлечённо и без запинки рассказывала нам о технике создания рукописных книг и книжных миниатюр, при этом спокойно отвечая на все наши вопросы, что мы удивляемся её профессионализму. Я видел много хороших экскурсоводов, но специалиста такого высокого уровня ещё не встречал.
— Сюзанна, вы, наверно, специально учились на эту профессию? — спросил я её потом.
— Да, я закончила университет по специальности экскурсовод книгохранилища, — мило улыбаясь, ответила она. Ну, и, конечно же, было видно, что она любит свою профессию, что это её призвание.
Евангелие в окладе из слоновой кости, миниатюры событий Священного Писания, сочность и яркость красок которых не утратилась за прошедшие века, половина огромной книги проповедей в переплёте из телячьей кожи, которую женщины-христианки сохранили во времена гонений… Многие из древних экспонатов этого зала остались в нашей памяти.
В Ереване есть два известных коньячных завода — «Арарат» и «Ной». Сами их названия напоминают о библейском событии. Но завод «Ной», который мы посетили, примечателен ещё и тем, что когда-то на этом месте стояла крепость.
В одном из залов заводского музея нас неожиданно встречают герои пьесы Грибоедова «Горе от ума», написанные художником в натуральную величину прямо на стене. Оказывается, это единственная стена, сохранившаяся от крепости, и именно возле неё русские офицеры сыграли первый спектакль по этой замечательной пьесе, на котором присутствовал сам Грибоедов. Вот так от армянского коньяка перекинулся мостик к русской литературе. В 1929 году коньячный завод «Ной» посетил Максим Горький, оставив в книге отзывов шутливую запись: «Легче подняться на Арарат, чем подняться из подвалов «Ноя». Напомню, что праотец Ной первым ощутил на себе опьяняющее действие забродившего виноградного сока, из-за чего произошла трагическая история с участием трёх его сыновей — Сима, Иафета и Хама. От них, по преданию Церкви, и произошли три человеческие расы: симиты, иафетиты и хамиты.
Апостол Павел впоследствии написал известные слова: «не упивайтеся вином, в немже есть блуд» (Еф. 5, 18). В Армении вином и коньяком не упиваются, соблюдают культуру застолья. По крайней мере ни одного пьяного мы нигде не встречали. Видимо, для них пример праотца Ноя остаётся живым напоминанием, а не далёкой библейской историей…

Звартноц
Ранним утром наша группа едет в Звартноц. Но не в аэропорт, а в храмовый комплекс с таким же названием. На этом месте немногое осталось от некогда величественного храма, построенного на месте встречи царя Тиридата с освобождённым из темницы Григорием Просветителем. Поэтому Звартноц (храм Небесных Ангелов, или Бдящих Сил — от древнеармянского Звартун — Ангел) называют ещё и храмом Григория Просветителя. Возведение храма продолжалось двадцать лет (с 642 по 662 годы). Храмов такой архитектуры на территории Закавказья было немного. Впрочем, как и во всей Византийской империи. В 652 году Армению посетил Византийский Император Константин II. Он присутствовал на освящении Звартноца и настолько был поражён его красотой, что захотел построить точно такой же в Константинополе. Звартноц возвышался на фоне Арарата, поэтому выглядел особенно красиво. Но желание Императора Константина осталось всего лишь желанием. Зодчий, который отправился с ним в столицу Византийской империи, внезапно умер по дороге. Никто не знает, что послужило причиной его смерти, тем не менее, второй Звартноц в Константинополе построить не удалось.

К сожалению, шедевр армянского зодчества в Х веке был разрушен. То ли из-за землетрясения и слабой конструкции второго яруса, то ли из-за арабского нашествия. Лишь в начале ХХ века по инициативе архимандрита Хачика Дадяна из Эчмиадзина под руководством архитектора Тороса Тораманяна начались восстановительные работы, в результате которых из-под слоя земли были извлечены руины храма и составлен проект реконструкции Звартноца. Сейчас почти полностью восстановлен первый ярус храма.
К юго-западу от Звартноца находился дворцовый комплекс католикоса Нерсеса III. В дворцовом комплексе находилась небольшая однонефная церковь. С другой стороны была обнаружена большая винодельня. В семи больших круглых углублениях в земле давили виноград, из них сок стекал по наклонной плоскости в карасы (большие чаны) вместимостью по четыре-пять тысяч литров. Из сока потом делали вино.
Несмотря на ветерок, на территории археологического комплекса жарко. Через яркое синее небо и белые летние облака с трудом прорывается осознание того, что в Самаре осень и сегодня там празднуют День учителя. Об этом мне напоминает телефонное сообщение с поздравлением: по светской профессии я педагог. Лилит водит нас по руинам Звартноца, а мы удивляемся искусству резчиков по камню. На остатках капителей, фронтонов и т.д. — орлы с распростёртыми крыльями, ветви гранатовых деревьев, виноградная лоза с гроздьями винограда, фигуры строителей, геометрические узоры, в основе которых крест и круг.
И вот Лилит подводит нас к прямоугольной решетке в полу храма. Рядом табличка с надписью на армянском, английском и русском: «Реликварий».
— Здесь находились мощи Григория Просветителя, — говорит наш замечательный гид. — Потом их отсюда увезли, а реликварий сохранился.
Решётка оказалась открытой. Как было нам не спуститься в реликварий, чтобы помолиться там великому святому Христовой Церкви.
В прохладном помещении музея особое впечатление на нас произвели древние солнечные часы с надписью: «Да молитесь Богу в час Ему угодный».
Возле киоска с сувенирами нас радушно встречает армянка средних лет и предлагает купить эксклюзивные вещи, с любовью изготовленные собственными руками, и небольшие картины, написанные ею же. Одним словом, мастерица на все руки! Каждый из нас покупает то, что ему по душе, а мне она дарит расшитую круглую торбу с ручкой, чтобы в неё ставить бутылку с вином. Пока мы покупали сувениры, кто-то из группы обнаружил за торговым киоском сидящих под тенью деревьев возле маленького столика двух мужчин и женщину. Они пили кофе, а на столике лежали аудиодиски. Оказалось, что это известный армянский квартет, и мы получили возможность не только приобрести у них диски с автографом, но и послушать их вживую.
А Зохрабиан Зохраб спел для нас басом русскую народную песню «Метелица».
Вагаршапат
Из Звартноца мы едем в город Вагаршапат, где расположен монастырь Святой Эчмиадзин — духовный центр Армянской Апостольской Церкви. Здесь же находится резиденция Верховного Патриарха и Католикоса всех армян.

Вагаршапат был основан в первой половине II века н.э. и в 163 году, после разрушения римлянами Арташата, он стал столицей Армении. Политическое значение города потребовало строительства каменной цитадели, на месте которой позднее образовался Эчмиадзинский монастырь. Первоначальный вид собора в течение веков менялся, и теперь он представляет собой пятикупольный храм с пристроенной к нему трёхъярусной колокольней.
На территории Эчмиадзина очень красиво. Зелёные газоны, цветы, деревья. Для тех, кто желает утолить жажду, стоят декоративные фонтанчики.
Перед входом в монастырь экспозиция хачкаров, перенесённая сюда из музея. Самые интересные из них — хачкар 1279 года и хачкар XVII века, покрытые сложными растительными и геометрическими орнаментами, изображениями животных, птиц, людей. Хачкар в переводе на русский означает крест-камень. Мастера высекают его из цельного куска камня и украшают различными узорами. В Армении почитается так называемый процветший крест, символизирующий Воскресение Христово и вечную жизнь. Из основания креста выходят с двух сторон ветви с листьями и плодами. Как правило, это виноградные лозы с гроздьями винограда. Изображение процветшего креста носят и все армянские священники.

Сам музей (правильнее сказать — сокровищница) находится в пристроенных в 1869 году с восточной стороны собора трёх помещениях. В нём очень много экспонатов, но для нас особый интерес представляют общехристианские святыни: кусочек Ноева ковчега, частицы мощей Иоанна Крестителя, апостолов Фаддея и Варфоломея, первыми принесших весть о Христе в Армению, великомученика Георгия Победоносца, благословляющая десница Григория Просветителя и, конечно же, наконечник копья сотника Лонгина (гегард), которым он проткнул правый бок распятого Господа нашего Иисуса Христа. Здесь же хранилось знаменитое «Эчмиадзинское Евангелие» 989 года, ныне находящееся в Матенадаране.
В центре собора Святой Эчмиадзин возвышение с лежащим на нём Евангелием в дорогом окладе. Оно обозначает место, куда сошёл Спаситель в видении Григория Просветителя. Собор уникален ещё и тем, что в нём двенадцать действующих приделов, часть из которых находится на втором этаже.
При въезде в Вагаршапат, на восточной его окраине, пред нашими взорами открывается стройный силуэт однокупольной церкви, стоящей на возвышенности. На изумрудном фоне равнины с виднеющимся вдали Араратом она смотрится особенно красиво.
— Это церковь святой мученицы Рипсимэ, — сообщает нам Лилит. — Построена она в начале седьмого века на том месте, где святую деву побивали камнями.
Несмотря на то, что армянское храмовое зодчество сохранило свою архитектурную особенность, внутри храмов чувствуется западное влияние: по правую и левую сторону стоят ряды скамеек.
Мы спускаемся в крипту к мощам мученицы Рипсимэ, в русском произношении Рипсимии. На гробнице плита с изображением святой. Лик её поражает неземной красотой.
Неудивительно, что она пленила своим внешним видом императора Диоклетиана и царя Тиридата. В левой стене крипты за стеклом хранятся камни, которыми римские воины убивали святую деву.
За алтарём церкви остатки захоронений других святых мучениц, мощи которых хранились в открытых гробницах вплоть до конца XX века (даже в советское время), сверху закрытых стёклами. Позднее мощи положили под одно каменное надгробие со стелой. Прикладываясь к нему, я почувствовал приятное благоухание и понял, какая великая святыня находится под спудом.

В Вагаршапате мы посетили ещё две церкви: святой мученицы Гаянэ, построенной в VII веке, и святой мученицы Маринэ, возведённой в 1694 году на месте часовни IV века. В церкви мученицы Гаянэ мы познакомились с двумя монахинями, похоже, их всего две в Армении, потому что женских монастырей пока там нет. Они несут послушание в храме и келейно исполняют монашеское правило. Одну из матушек зовут Елизавета. Немного непривычно было для нас услышать такое имя в Армении.
Ну а самой большой неожиданностью для нас явилось то, что мы встретили там русского священника — отца Геннадия, приехавшего из Ярославля в гости к известному и за пределами Армении духовнику отцу Арутюну Дарпиняну, о котором я расскажу позже.
В Вагаршапате мы посетили христианский молодёжный этнографический центр, где нас угостили замечательным обедом. На сравнительно небольшой территории мы увидели и выставку детских рисунков, и зооуголок, и ремесленные поделки, и предметы быта прошлых веков, и весёлые фигуры армянина и армянки в национальных костюмах.
В этнографическом центре есть даже картинная галерея, в которой можно купить работы самого автора. Вместе со своим братом он и организовал этот молодёжный этнографический центр. Судьба художника очень интересна. Когда-то он был настоятелем храма в израильской Яффе. Но большая любовь к живописи позвала его в Италию, чтобы там получить серьёзное художественное образование. Когда же он вернулся назад, его лишили настоятельства. Так священник-художник оказался в Вагаршапате и живёт за счёт продажи своих картин.
Работники молодёжного этнографического центра ходят в одинаковой форме. Одна девушка, тоненькая, как виноградная лоза, с изящными чертами лица и большими грустными глазами исполнила для нас на армянском языке известную молитву «Аве Мария» и трогательную армянскую песню. Мы не знали её содержания, но девушка пела так, что у некоторых наших женщин потекли слёзы из глаз. Чтобы так петь, нужно иметь не только красивый голос, но и чистую душу…
Гегард
Очень известной достопримечательностью Армении является монастырский комплекс Гегард, куда мы отправились на следующий день. Уникальность Гегарда, находящегося в сорока километрах от Еревана, в том, что большая его часть высечена из скалы. Монастырь «семи церквей и сорока алтарей», как его иногда называют, входит в список всемирного наследия Юнеско.

 Расположенный в окружении высоких гор, органично вписанный в структуру почти отвесной скалы, Гегард поражает своей духовной мощью и красотой. А ещё в нём ощущается неизъяснимая словами благодать, не нарушаемая даже постоянно толпящимися здесь туристами.
Монастырь был основан в IV веке Григорием Просветителем на месте священного источника, почитавшегося ещё язычниками. Над источником прямо в скале вырубили церковь. Остальные церкви и часовни и многочисленные кельи высекали тоже в массиве скалы. Среди них сохранилась и келья самого Григория Просветителя, куда можно подняться по крутой каменной лестнице.
Первоначально обитель называлась Айриванк, т.е. «пещерный монастырь». В IX веке он был разрушен арабами, а в 923 году наместник халифа в Армении Наср разграбил ценное имущество монастыря, в том числе и библиотеку с уникальными рукописями, и сжёг все его строения. Пострадал Айриванк и от землетрясений.


В XIII веке сюда принесли великую святыню христианского мира — копьё сотника Лонгина, и обитель стала называться Гегард. Откуда принесли сюда копьё — остаётся загадкой, но быстро разрастающийся монастырь получил после этого широкую известность.
Несколько слов о копье сотника Лонгина. Как известно, это имя сотник принял при крещении, а до того, как уверовал во Христа, носил имя Гай Кассий и был римским легионером. Легионеры военных гарнизонов носили копьё типа «лонхе» в отличие от длинных тяжёлых копий пехотинцев («хаста») и кавалеристов («пилум»). Именно таким копьём римский сотник Гай Кассий пронзил рёбра Спасителя. Он же, потрясённый увиденным, произнёс: «истинно Человек Сей был Сын Божий» (Мк. 15, 39). После крещения сотник Лонгин ревностно проповедовал веру во Христа и принял мученическую кончину. Копьё же его, обагрённое кровью Богочеловека, стало великой святыней христианского мира. Впоследствии оно получило название «копьё судьбы».
 


Из собрания Матенадарана. Манускрипт XV века с прижизненным портретом святого Григория Татеваци -средневекового армянского богослова и писателя.






Кафедральный собор святого Григория Просветителя в Ереване.





Ковчег с мощами святого Григория Просветителя.






Вид на Цицернакаберт — мемориал жертв геноцида армян.




Часовня над криптой Апостола от 70-ти Анании.




Собор Святой Эчмиадзин.




Мощи святой мученицы Рипсимии.




Сокровищница Эчмиадзина. Частица Животворящего Креста Господня.




Гегард. Вид из кельи святого Григория Просветителя.




Копье Лонгина сотника.




Монастырь Нораванк высится среди скал.



Татев. Храм Петра и Павла.





Татев. Самарские паломники у качающейся колонны.




Протоиерей Сергий Гусельников (справа) подарил отцу Кириллу свою книгу «Цветок Сиона».



Священник Сергий Гусельников в гостях у отца Арутюна.




В течение двух тысячелетий цари и императоры считали, что оружие, на котором запечатлелась кровь Христа, даст им возможность управлять миром. Поэтому в угоду честолюбивым замыслам появились копии святого копья. Многие правители были убеждены, что обладают подлинным «копьём судьбы».
В начале ХХ века мистически настроенный Адольф Гитлер, по свидетельству историков, в юности часами стоял в Венском музее истории искусств перед витриной, где было выставлено «копьё сотника Лонгина», и сильно верил в его чудодейственную силу. Когда Австрия вошла в состав Третьего рейха, он объявил копьё «имперским сокровищем». Начиная Вторую мировую войну, кровавый диктатор Гитлер не сомневался в возможности поработить весь мир. Ведь «копье судьбы», как он считал, находится в его распоряжении. В 1945 году фюрер приказал отправить «копьё судьбы» на подводной лодке в Антарктиду. Этому есть документальные подтверждения. Но выполнить его странный приказ не успели: в последние дни войны копьё спрятали в колодце в Нюрнберге. Его нашли американцы и в 1946 году вернули в Австрию. Тут же возникли слухи о том, что подлинное копьё осталось в США, а в Вене находится его копия. Споры закончились в 2003 году, когда специалисты провели тщательное исследование реликвии и выяснили, что это древняя (VII века), но всего лишь копия копья сотника Лонгина, прошедшая через руки многих властителей, помышлявших о мировом господстве.
В Ватикане и Кракове хранятся другие копья-реликвии, но они оказались ещё более поздними копиями подлинного копья.
Учёные из Великобритании, которые проводили исследование копья, хранящегося в Эчмиадзине, подтвердили его подлинность. Мало того, наконечник копья точно соответствует размерам раны, обнаруженной на Туринской плащанице (ширина раны составляет 4, 5 сантиметра).
Подлинное копьё сотника Лонгина, хранящееся в Армении, ни разу не попадало в руки злодеев. Видимо, Бог не попускал этого, чтобы они с помощью «копья судьбы» не попытались осуществить свои зловещие планы. Зато, как свидетельствуют служащие Эчмиадзинского храма, верующие по молитвам перед этой святыней получают исцеления даже от рака.
Самое сильное впечатление, которое осталось у меня от посещения Гегарда, — пение молитвы на втором ярусе пещерного храма. В нашей дружной группе, кроме гида Лилит и водителя Гамлета, был ещё один армянин — Артур. Он знает много молитв и пел их, чередуясь с Лилит, когда мы посещали храмы и монастыри. И вот в этом древнем пещерном храме, в таинственном полумраке он запел молитву. Прекрасная акустика делала его голос неземным. Казалось, что мы стоим на небе и нам поют ангелы. Хотя Артур пел один, у нас возникло впечатление, что поёт хор. И дело не столько в акустике, сколько в древности и намоленности храма.
И конечно же навсегда запомнилась келья-пещера Григория Просветителя. К келье мы поднимаемся по крутой лестнице вдоль скалы, на которой высечены хачкары со сложными рисунками. Это каким же надо было обладать умением монахам-мастерам, не имеющим права на ошибку, чтобы вырезать прямо в скале такую красоту!
В келье Григория Просветителя два отделения. В одном высечен престол, на котором он совершал службу, а в другом святой молился и спал. В нём вырублено круглое окошко, через которое виден купол церкви с крестом. И это символично. Мы тоже из своего сердечного окошка должны видеть только то, что ведёт нас ко спасению — крест Господень, на котором за наши многочисленные грехи распят Христос, Царь Славы…
Хор Вирап
Наша группа посетила монастырь-крепость Хор Вирап (Глубокая яма). Он расположен прямо на границе с Турцией на высоком холме на левом берегу реки Аракс, почти у подножия горы Арарат. В древности здесь находился город Арташат, одна из столиц Армении. Напомню, что историческая Великая Армения занимала большую территорию, и в разные эпохи её столицами были разные города. Сейчас многострадальная страна занимает лишь часть первоначальной территории. Особенно горькой потерей для армянского народа стала потеря его национального символа — горы Арарат, отданной «товарищем» Лениным Турции. Тем не менее армяне продолжают считать Арарат своей горой. Интересен ответ Сталина на претензию турок, которые с возмущением заявили: «Почему армяне везде изображают Арарат, ведь это наша гора?». Иосиф Виссарионович ответил: «А почему вы изображаете на своём флаге месяц, ведь он светит всем народам?».


Хор Вирап расположен, как я уже упоминал, над темницей Григория Просветителя, куда его заключил царь Тиридат III, будучи ещё язычником. Там находилась царская тюрьма. В яму, заполненную ядовитыми змеями и насекомыми, бросали осуждённых заключённых. По милости
Божией Григорий Просветитель, просидевший в темнице тринадцать лет, выжил и обратил в Христианство царя и его подданных.
В 642 году католикос Нерсес III возвёл над темницей часовню, но впоследствии она была разрушена. Вместо неё через тысячу лет, в 1662 году, построили церковь Пресвятой Богородицы, которая существует и поныне. Хор Вирап обнесли мощной каменной стеной с башнями, поэтому его стали называть «крепость-монастырь». Несмотря на небольшие размеры, в Хор Вирапе действовала духовная семинария.
Мы выходим из микроавтобуса и по крутой дорожке под палящим солнцем поднимаемся к монастырской стене. С площадки, расположенной перед входом, открывается захватывающий дух вид на араратскую долину и селение Покр Веди. В самом монастыре тоже красиво. Зелень, цветы, деревья с густой листвой. С левой стороны от входа — фонтанчик в виде каменной чаши, а над ним небольшая стела с изображением двух голубков. Видимо, поэтому у подножия холма торгуют белыми голубями. Но Лилит нас сразу предупредила: «Не покупайте, не тратьте деньги. Выпустите голубя — и всё: он улетит, а потом вернётся к хозяину».
За часовней Григория Просветителя открывается величественная картина библейского Арарата. Кажется, он всего метрах в ста от монастыря. Но это, конечно, не так.
В часовне полумрак и много людей, больше половины из которых дети. Оказывается, привезли школьников на экскурсию. Мы долго стоим в очереди, ждём, когда учительницы вытащат из темницы своих деток. Именно вытащат, потому что вниз ведёт отвесная железная лестница и без помощи взрослых дети не в состоянии выбраться наружу.
Глубина темницы шесть метров, диаметр около четырёх с половиной метров. Сырая темница пустая, и то нас охватывает трепет. А каково было сидеть в ней Григорию Просветителю рядом со змеями и скорпионами!
Из часовни мы заходим в церковь Богородицы. Типично армянский храм, ничего необычного, но неожиданно Господь дарит нам духовную радость. Сквозь узкое окошко церкви внутрь просачивается широкий солнечный луч, а в нём клубится дым от ладана, спускаясь на пол храма.
Не менее удивительным для нас было лицезрение продавца церковной лавки. Длинные распущенные волосы и усы, торчащие в стороны сантиметров на пятнадцать. Наверное, он покрыл их лаком, чтобы они не опустились вниз. Высокий и худой, он походил на Дон Кихота и выглядел довольно грозно, что не мешало ему играючи продавать свечи и быстро отсчитывать сдачу. Кто-то из наших женщин набрался смелости и сфотографировал его на память. Я же не решился направить на Дон Кихота свою видеокамеру.

Татев
На следующий день мы направились на юг Армении в знаменитый Татевский монастырь. Он находится высоко в горах у селения Татев. В 2010 году туда провели канатную дорогу Татевер, самую длинную в мире — 5, 8 километра. Но не дай Бог застрять в фуникулёре и оказаться висящим над пропастью.
Гамлет везёт нас туда по петляющему среди зелёных гор серпантину, с которого открываются прекрасные пейзажи. Мы поднимаемся всё выше и выше, пока не оказываемся на высоте двух с половиной километров над уровнем моря. Проехав селение Татев и монастырь, наш микроавтобус останавливается на высоком холме, с которого как на ладони видна некогда знаменитая обитель. Она построена на треугольном скалистом мысе, круто обрывающемся вниз. Подойти к ней можно лишь с северной стороны. Но мощные стены с башнями сделали Татевский монастырь неприступной крепостью.
Само название монастырь получил от имени святого апостола от 70-ти Евстафия, который пришёл в эту местность в первом веке и проповедовал и мученически пострадал в этих местах. Евстафий — по-гречески Евтатиос, или как впоследствии получилось по сокращению Татеос, Татев.
В 839 году Епископ Сюника Давид купил у великого Сюникского князя Филипе село Татев и перенёс туда епархиальную резиденцию. Возведённый поблизости монастырь уже в X веке становится крупнейшим духовным, культурным и политическим центром не только Сюникского княжества, но и всей Армении. В нём подвизалось около тысячи насельников. К XIII веку Татев владел 680 селениями.

В XIV веке здесь был основан крупнейший образовательный центр — Татевский университет. Студенты обучались на трёх факультетах по различным дисциплинам: богословие, философия, математика, грамматика и др. Кроме того, они изучали искусство каллиграфии, книжной миниатюры, музыку.
Первый храм монастыря Погоса и Петроса (Петра и Павла), который строился с 895 по 906 годы Митрополитом Ованесом. Строгий и простой по архитектуре, с высоким барабаном, увенчанным веерообразным куполом, он смотрится величественным на фоне других монастырских построек. Главной святыней монастыря являются находящиеся под левой и правой колоннами у алтаря частицы мощей святых апостолов Петра и Павла, принесённые сюда святым Григорием Просветителем.
Уникальным архитектурным памятником средневековой Армении является качающаяся колонна «Гавазан». Архимандрит Микаэль, настоятель монастыря, радушно нас встретивший и рассказавший об истории Татева, по поводу этой колонны заметил:
— Говорят, что она сама начинала раскачиваться, когда к монастырю приближались враги. По такому не совсем обычному знаку монахи за-крывали ворота и готовились к обороне. Ещё колонна качалась, когда выбирали архимандрита монастыря. Если кандидат был достойным, то колонна подавала об этом знак.
Отец Микаэль — личность уникальная. Имея уже законченное светское высшее образование, он блестяще закончил в Эчмиадзине Духовную академию, был иподиаконом у католикоса, и все думали, что ему откроется прекрасное будущее, что первоиерарх Армянской Церкви оставит его при себе. Но вышло по-другому. Став священником, отец Микаэль попросился в Татевский монастырь. Всех это удивило. Ведь в это труднодоступное место отправляли как в ссылку провинившихся священнослужителей. Однако отец Микаэль проявил твёрдость, настоял на своём и приехал в знаменитую древнюю обитель.


Служит он практически один. Иногда к нему приезжает родственник-диакон и помогает, чем может. Кроме ежедневных богослужений, отец архимандрит занимается хозяйственными делами, недавно устроил в монастыре пасеку и качает горный мёд. В селении Татев отец Микаэль организовал церковно-приходскую школу для взрослых и воскресную школу для детей. А ещё он с кавказским госте-приимством встречает многочисленные группы паломников и туристов.
Молодой, черноволосый, с приятными чертами лица, которые можно разглядеть под чёрным священническим куколем, батюшка всё время улыбается мягкой, смущённой улыбкой. Смущается отец настоятель, видимо, оттого, что говорит по-русски с акцентом и не может точно передать смысл некоторых фраз. В глазах же его сквозит грустинка: такой известный монастырь, а находится в запустении. Конечно, трудно одному человеку возродить древнюю монашескую обитель.
Отец Микаэль выводит нас через каменный лабиринт на небольшой балкончик, с которого хорошо видны глубокое ущелье и лесистые горы. Если посмотреть вниз, то может закружиться голова. Поэтому мы смотрим вдаль.
Показывая на высокую гору справа от нас, батюшка рассказывает на армянском, а Лилит переводит на русский:
— Это случилось в средние века. За одной молодой девушкой, армянской княжной, скакавшей на коне, гнались враги. Когда она выехала на эту гору, то увидела впереди огромное ущелье. А сзади настигали преследователи. Тогда княжна, не захотев попасть в руки врагов, прыгнула вместе с конём вниз. Но случилось чудо. Конь, как на крыльях, плавно спустился на дно ущелья. Отважная девушка осталась жива. Впоследствии на месте её спасения воздвигли женский монастырь. Его развалины сохранились до сих пор. То, что я вам рассказал, не легенда, а быль. Об этом случае упоминают армянские историки.
Отец архимандрит выводит нас за монастырскую стену. Там расположены средневековая маслодавильня и крупорушка.
А совсем рядом — часовня апостола Евстафия, мощи которого были принесены сюда в IV веке. Возле часовни погребены монахи и священники монастыря.
Хотя над горами уже сгущались сумерки, гостеприимный отец Микаэль не отпустил нас из монастыря, а пригласил на чай. Мы еле уместились на маленькой кухоньке за небольшим столом, на котором, как говорится, было то, что Бог послал, но задушевная беседа оказалась лучше самых вкусных кушаний. Впрочем, сухое красное вино, свежий козий сыр, молодые грецкие орехи в сиропе, горный мёд и, конечно же, лаваш, предложенные к чаю, нас тоже порадовали.
— Христос принёс нам духовный мир и благодать, и мы должны постараться сохранить это в своей душе, — сказал нам на прощанье отец Микаэль.
Севанаванк
В 65 километрах на северо-запад от Еревана расположено высокогорное пресноводное озеро Севан — жемчужина Армении. Оно раскинулось на высоте почти двух тысяч метров над уровнем моря и занимает площадь около трёх с половиной тысяч квадратных километров. На его берегах было много монастырей и храмов, некоторые из которых сохранились до настоящего времени.
В конце нашего путешествия по самой древней Христианской стране мы побывали в монастыре Севанаванк. Собственно, от него и происходит первоначальное название озера — Севанк, что в переводе означает «чёрный монастырь». Почему «чёрный»? Потому что он был построен из чёрного туфа в конце IX века на острове. С понижением уровня воды в озере образовался перешеек. Он сейчас соединяет высокий красивый остров с берегом.
Чтобы попасть в монастырь, нужно подняться по длинной каменной лестнице вверх. Сейчас уже не помню, сколько в ней ступенек, но больше двухсот — это точно. Где-то на середине лестницы, на небольшой площадке стоял пожилой армянин с гармошкой и пел русские песни. Так он зарабатывал на жизнь, быстро определяя, из какой страны приехали туристы. На обратном пути он спел нам песню «Эх, Самара, городок». Над просторами Севана она звучала одновременно неожиданно и трогательно.
Наверху дул сильный прохладный ветер. Всё-таки стояла осень, и мы находились ближе к северу Армении. Но вид оттуда открывался изумительный. Его не передать словами, даже фотографии не в состоянии отразить ту красоту, которая просто захватывала дух.
В Севанаванке сохранились две церкви 874 года: святой Аракелоц (святых апостолов) и святой Аствацацин (Богородицы). Они были построены на средства царевны Мариам, которая дала обет в память об умершем супруге построить 30 церквей. От собора Двенадцати апостолов, стоявшего на самом верху острова, остался лишь фундамент.
В церкви св. Аракелоц заканчивалось венчание. После совершения таинства священник, оказавшийся ещё и учёным-математиком, любезно поведал нам о возрождающемся
монастыре.
В храме стоит уникальный хачкар XIII века. На нём изображена вся библейская история, начиная от грехопадения первых людей и кончая искуплением человечества Сыном Божиим.
— Посмотрите на лик Христа на хачкаре, — обращается к нам Лилит. — Здесь у Спасителя типично монгольские черты лица: широкие скулы, узкие глаза. Волосы заплетены в две косички.
Действительно, мы впервые видим изображение Спасителя, похожего на монгольского воина. Правда, на Святой Земле, в Назарете, в католической базилике Благовещения есть иконы, принесённые в дар от различных стран, на которых Божия Матерь и Богомладенец изображены в национальных одеждах и с характерными чертами лица разных народов. Но чтобы с лицом монгольского воина!
— Почему мастер так изобразил Христа? — продолжает наш гид. — В то время было нашествие монголо-татар, и для того, чтобы они не причинили вреда мирным жителям, он сделал похожим Его лик на монгола.
Если иконы в Армянской Церкви для нас не представляют интереса и похожи на неумелые рисунки, то хачкары являются не только выдающимися произведениями религиозного искусства, но и отражают христианские догматы, события
Священного Писания, а также исторические события.
В небольшом храме св. Аствацацин Артур и Лилит спели на армянском молитвы. Спели так, что хотелось плакать от умиления. В это время там сидел на лавочке американец и сосредоточенно молился. С благоговением выслушав молитвенные песнопения, он встал и пошёл за нами, произнося по-английски искренние слова благодарности. Когда же Лилит заговорила с ним на чистом английском языке, он был поражён ещё больше. Оказалось, что для нашего гида гораздо легче говорить по-английски, чем по-русски. А в Джермуке мы услышали, как Лилит прекрасно поёт под гитару песни Булата Окуджавы… на армянском языке!
Усиливающийся ветер и ожидавший нас внизу Гамлет заставили нас спуститься к подножию монастыря, чтобы ехать дальше — в Дзорагет, в медную гостиницу. Почему медную — я скажу позже.
По дороге в Севанаванк мы останавливались в селении, расположенном на берегу Севана. Рядом с древним кладбищем там стоит церковь Х века, оставшаяся от монастыря Айриванк. Сейчас она восстанавливается.
— С кладбищем связано интересное предание, — рассказывает Лилит. — Раньше оно было очень большим и насчитывало сотни хачкаров. Когда к селению подходили передовые отряды Тамерлана, жители селения набросили на хачкары белые покрывала, и они стали походить на фигуры людей. Издалека воинам Тамерлана показалось, что перед ними большое войско. Воины испугались и не стали входить в селение.
В небольшой церкви пусто и сумрачно. С правой стороны от входа в алтарь стоят вперемешку простенькие православные и католические иконы. Перед ними в коробке с песком — погасшие свечи. Значит, жители приходят сюда и молятся.
Через боковую дверь Лилит повела нашу группу на улицу, а я остался внутри, чтобы заснять храм на видеокамеру. Неожиданно в церковь вошёл человек средних лет в сером подряснике. «Армянский священник», — подумал я и остановил запись.
— Епископ Маркос, — улыбаясь, представился обладатель серого подрясника. Мне ничего не оставалось, как тоже представиться.
— Отец Сергий, по-армянски отец Саркис, — блеснул я знанием армянского языка.
— Вы какой раз в Армении? — приветливо спросил меня епи-скоп Маркос (по-русски Марк).
— Первый раз.
— Первый?! Тогда запишите мой сотовый телефон. Вернее, я сам вам запишу. Если приедете в следующий раз, позвоните мне, я вас встречу, всё покажу, пообедаем, поговорим.
Епископ Маркос порылся в карманах подрясника, достал листочек бумаги. Я дал ему авторучку. Он присел на корточки и быстро записал номер своего телефона.
Мне никогда не приходилось так просто общаться с епископами, тем более армянского епископа Маркоса я видел впервые. На меня повеяло нелицемерной простотой. Будто мне на несколько минут посчастливилось попасть в апостольские времена.
Между тем епископ Маркос увлёк меня в алтарь и по-дружески рассказывал о том, что приехал сюда проконтролировать работу строителей, которым велел поднять уровень алтаря, чтобы престол стоял выше.
Пока мы разговаривали, за мной пришли посланцы из нашей группы.
— Отец Сергий, нам надо ехать дальше, все уже собрались!
— Да я вот с епископом Маркосом беседую, поэтому задержался.
Мои спутники по паломничеству, увидев армянского епи-скопа в видавшем виде подряснике и без всяких знаков различия, тоже немного удивились.
Владыка Маркос обнял меня на прощание, как старого друга, и на этом наша короткая встреча закончилась. Но я её не забуду. Как не забуду и самого епископа Маркоса, который увидел в незнакомце, приехавшем из России, близкого по духу человека…
Ахтала
В последний день нашего пребывания в Армении мы посетили монастырь-крепость Ахтала в городе с одноимённым названием. Находится он на севере страны, недалеко от границы с Грузией. Природа там совершенно другая. Никаких красно-коричневых тонов и скалистых ущелий. Зелёные горы в туманной дымке и пасмурное небо. Так что пришлось нам надевать ветровки. А когда мы подошли к воротам монастыря, заморосил мелкий дождь. Но от этого пейзаж стал ещё красивее: не просто зелёным, а изумрудным. Впрочем, дождик вскоре закончился.
Монастырский собор святой Аствацацин оказался закрытым, а в монастыре не было ни души, поэтому мы сами осмотрели его территорию.
За алтарём собора Лилит показала нам две надгробные плиты над могилами русских монахинь.
— Монастырь был построен в десятом веке, но во времена правления грузинской царицы Тамары он стал халкидонским (т.е. византийским, а значит Православным — о. С.Г.), и сюда из России присылали русских монахинь, — рассказывает Лилит. — Эти две матушки тоже приехали сюда до революции, но когда в России к власти пришли большевики, возвращаться им было уже некуда. Они остались жить здесь, хотя монастырь закрыли. Местные жители приносили им пищу, а русские монахини молились Богу за своих дарителей.
Мы смотрим на их даты рождения и смерти и удивляемся. Монахиня Нина прожила 100 лет (1872 — 1972 гг.), монахиня Елисавета — 80 (1890 — 1970 гг.). Это в таких-то условиях! А в старые времена в монастыре были и амбары, и винодельня, и трапезная, и баня, не говоря уже о добротных кельях.
Поём заупокойную литию и поминаем русских подвижниц, молившихся в горах Армении.
Пока мы осматривали пустующую монашескую обитель, приехал местный священник.
— Селение от монастыря далеко, — извиняясь, сказал он. — Поэтому службу начинаем поздно и всегда рады любым гостям.
Средних лет, в очках, священник напоминал аспиранта Духовной Академии. Он открыл нам собор, и мы не пожалели, что попали в него. Нашему взору открылись прекраснейшие фрески XIII века.
— Это единственная церковь, где сохранилось столько фресок, — говорит священник. — Их общая площадь девятьсот шестьдесят квадратных метров, и они никогда не реставрировались. Только в семидесятые годы прошлого века их немного почистили.
Среди фресок, поражающих сочностью красок (а им семьсот с лишним лет), встречаются очень интересные. На западной стене, посвящённой Страшному Суду и вечной жизни, — большое изображение Богоматери, по бокам от которой фигуры благоразумного разбойника и праотца Авраама. На коленях у патриарха младенец. Это не кто иной, как бедный Лазарь, отнесённый Ангелами на лоно Авраамово. Здесь же фреска, которую я не видел ни в одном храме. Круглые безликие фигуры на тёмном фоне. Словно пугающие бледные маски. Так изобразил иконописец нераскаявшихся грешников. Мир создан из ничего, — и они после смерти уходят в это ничто, лишённое Божественного света, уходят на вечные мучения. Поэтому и лиц у них нет, а только похожие друг на друга маски.
На восточной стене несколько святых изображены в белых чалмах.
— Почему на них надеты чалмы, ведь Магомета во времена этих святых ещё не было? — спрашивает священник и сам же отвечает. — Армянский народ всегда находился в борьбе, отстаивал свою Христианскую веру. И чтобы иноверцы не разрушали храмы, использовали такую хитрость. В Эчмиадзине на барабане главного купола собора изображён святой в персидских одеждах, чтобы персы подумали, что это их святой. В Нораванке есть такое изображение, видели?
А здесь иконописец изобразил трёх святых в чалмах, чтобы мусульмане подумали, что это их праведники, и не разрушили монастырь.
Как ни увлекателен был рассказ армянского священника, нас ждала дальняя дорога через город Алаверди в аэропорт Звартноц с прощальным обедом в придорожном ресторанчике.
Утром мы покинули наш последний армянский отель в Дзорагете. Почему я назвал его медным? Да потому что на уступах лесистых гор раскинулся медный завод с дымящимися трубами. И ключи от номера в отеле оказались медными, весом граммов эдак в двести, а на каждом красовалась медная буква армянского алфавита. И табличка с просьбой не безпокоить хозяина номера, когда он отдыхает, тоже была медной. Ну и много ещё чего. Вот и получается, что медная гостиница.
Община отца Кирилла
Недалеко от Еревана есть селение Джервеш, а в нём небольшая церковь, построенная на фундаменте храма IV века. Церковь интересна тем, что в ней нет армянских икон, которые напоминают картинки на религиозные темы. Мы с удивлением и радостью видим в ней милые сердцу православные образа в византийском стиле. Настоятель церкви отец Кирилл, родственник Лилит (его покойная жена — тётя нашего гида) по этому поводу сказал, несколько удивив нас:
— Честно говоря, мне и самому не нравятся иконы в армянских храмах. Вообще-то их и иконами назвать нельзя, они больше напоминают картины. Некоторые из них настолько неудачны, что граничат с кощунством. Поэтому в моём храме только настоящие иконы в византийском стиле.
До принятия сана отец Кирилл был режиссёром и актёром. Отец Кирилл и по сей день на армянском Христианском канале ведёт цикл детских передач. Но Господь призвал его к более высокому служению: в сорок четыре года отец Кирилл принял священный сан в Армянской Церкви и стал настоятелем храма в Джервеше. А позднее, за чаем в воскресной школе мы узнали от него любопытный факт. Оказывается, сестра его дедушки была той самой Шаганэ (1), которой Есенин посвятил известное стихотворение. Согласитесь, не обычно — вдруг встретить в далекой от нас Армении человека, двоюродная бабушка которого была поэтической «музой» великого русского поэта!…
Шаганэ ты моя, Шаганэ!
Потому, что я с севера, что ли,
Я готов рассказать тебе поле,
Про волнистую рожь при луне.
Шаганэ ты моя, Шаганэ.
Лилит проводит нас в маленькую комнатку с правой стороны от алтаря и показывает фундамент храма IV века. Сбоку у стены висит целый ряд длинных бордовых платьев, а на выступе стоит какая-то грамота.
— Это концертные платья нашего церковного хора, — поясняет наш гид. А затем смущённо добавляет: — Я несколько лет регентовала здесь. Однажды мы ездили в Белоруссию на Международный конкурс церковных хоров и получили там диплом.


Отец Кирилл приглашает нас в воскресную школу на чай. Во дворе церкви, залитом лучами полуденного солнца, мы встречаем несколько армянских девочек лет десяти-одиннадцати. Они приветливо что-то нам говорят, видимо, приглашают в помещение воскресной школы. На небольшой, но уютной территории храма красивые цветы, деревья. И ещё — ощущение светлой радости. А как же иначе: здесь всегда слышны детские голоса и детский смех. «Если не обратитесь и не будете как дети… » (Мф. 18, 3).
В помещении воскресной школы уже накрыты столы, нас ждут преподаватели. У стены — книжные шкафы. В них много Православных книг на русском языке. Мы пьём чай и армянский кофе с домашними печеньями. Их испекла одна прихожанка, работающая в приходской пекарне. Сказать, что печенья были очень вкусными — мало. Они просто таяли во рту и вызывали желание кушать их всю оставшуюся жизнь. Но печений оказалось не так уж и много и поэтому хватило их ненадолго.
Мы почувствовали, что в приходе отца Кирилла действительно есть Христианская община, где все относятся друг к другу с любовью и пониманием, где всех встречают с открытой улыбкой и чистым сердцем.
Педагоги воскресной школы попросили меня на прощанье сфотографироваться с ними и с детьми, что я с удовольствием и сделал. Также я с радостью подарил отцу Кириллу свою книгу «Цветок Сиона» о моих поездках на Святую Землю.
Прежде чем уехать из Джервешской общины, мы заглянули в пекарню. Там трудились две женщины, одна из которых угощала нас прекрасными печеньями. Неутомимые труженицы были белыми от муки и раскатывали лаваш. А на прилавке у них лежали различные изделия из теста. Чтобы содержать воскресную школу, нужно зарабатывать деньги. Нас заинтересовали необычные изделия, которые нельзя встретить в России. Они представляли собой тонкие узенькие полоски, скатанные в кружок.
— Они из чечевичной муки, — объясняет мастерица печений. — Знаете, что такое чечевица? Да, как горох, только мельче. Правда, они солёные. Сейчас я вас угощу.
Насыпав нам целлофановый пакет чечевичных полосок, женщины, улыбаясь, прощаются с нами. По вкусу эти печеньица напоминают наши кириешки, и мы громко похрустываем ими в салоне микроавтобуса, направляясь в древний город Аштарак…
Община отца Арутюна
В Вагаршапате, недалеко от собора святого Эчмиадзина, за большим кладбищем стоит церковь мученицы Гаянэ, построенная в 630 году. В церковь войти сразу мы не смогли — там шло венчание. У одной из колонн пристроенной в 1683 году галереи стояла плетёная, украшенная белыми и розовыми атласными ленточками корзина, а в ней лежало много самодельных белых яиц, искусно сделанных из материи. Оказывается, в Армении молодожёнам принято дарить такие корзины с пожеланием родить много детей.
Но вот красивые и счастливые жених и невеста выходят из церкви, выпускают из рук белоснежных голубей, их обступают родные и знакомые, осыпают лепестками роз, дарят им подарки.
Мы входим в храм и встречаем там Православного священника. Знакомимся. Отец Геннадий из Ярославля. Он армянин и приехал помолиться у Христианских святынь, а также побеседовать с известным и за пределами Армении старцем-духовником отцом Арутюном. Старец создал такую Христианскую общину, которая старается жить по апостольским заповедям и включает в себя армян-христиан из разных стран. Отец Арутюн служил в церкви мученицы Гаянэ, но сейчас из-за старости и немощи не совершает богослужений.
В этой же церкви подвизаются две монахини — Елисавета и Татев, пока единственные в Армении.
— Женских монастырей у нас ещё нет, — говорят они. — Поэтому мы исполняем послушания в храме и келейно — положенное монашеское правило. Это трудно, но Господь нас укрепляет.

В быстро наступивших сумерках мы приехали в общину отца Арутюна, где нашу небольшую группу уже с нетерпением ждали. Нас встретила матушка известного духовника. Вообще-то женская часть общины вместе с ней живёт в отдельном доме, а мужская часть с отцом Арутюном, но по случаю дорогих гостей все собрались у своего наставника.
Столы были заставлены самыми лучшими армянскими кушаньями, с любовью и молитвами приготовленными членами общины. Вместо спиртного — всевозможные соки. Меня как священника посадили рядом с отцом Арутюном. Чуть позже пришёл отец Геннадий и тоже сел за нашим столом. Престарелый отец Арутюн с длинными седыми волосами и такой же длинной бородой чувствовал себя неважно и почти не говорил, но от него веяло духовной мощью и спокойствием. Он и внешне представлял собой человека богатырского телосложения высотой под два метра. Почему-то его образ ассоциируется у меня с Араратом, который в Армении виден отовсюду и, глядя на который, понимаешь, что потопа больше не будет, как и обещал Господь по милосердию Своему. Ибо есть на земле праведники, всецело посвятившие себя Богу. И не только те, кто дал монашеские обеты.
В молодости отец Арутюн на Великий пост уходил в труднодоступное ущелье за монастырём Гегард и там изнурял свою плоть постом, вознося горячие молитвы Творцу. Неблагоговейное отношение к храму вызывало у него особое неприятие. Он не мог равнодушно смотреть на то, как приезжающие на венчание мирские люди на машинах въезжали прямо на церковный двор, и без того маленький по своим размерам. И вот тогда-то отец Арутюн совершил духовный и телесный подвиг. Он нашёл тяжёлый цилиндрической формы камень, притащил его к арке и положил посредине. Никто камень не только приподнять, сдвинуть с места не может. С тех пор машины на церковный двор не въезжают.
Мирная беседа за ужином переходит в духовные песнопения. Появляются ещё мужчины и женщины, кто-то проходит в комнату, кто-то стоит в дверях, и из глубины сердец так естественно и напевно льются звуки молитв к Божией Матери. Мы не понимаем армянских слов, но прекрасно чувствуем, о чём поют члены общины.
В общине отца Арутюна не только вместе молятся и поют. Если кому-то из членов общины требуется помощь, то ему обязательно помогут, где бы он ни находился, даже в другой стране. Люди живут здесь единой семьёй в атмосфере братства и любви. Что мы и почувствовали на ужине, устроенном в честь нас.
Наступила пора расставания. Отец Арутюн медленно встал из-за стола и, держа в больших натруженных руках крест, перевязанный у основания красной пасхальной лентой, сказал слова напутствия. Старец-духовник говорил по-армянски, а его матушка переводила:
— Христос пришёл к нам, чтобы спасти нас. Он принёс нам мир и любовь. Это главное. Поэтому мы должны быть в мире и любви между собой. Если мы будем по заповеди Христа
любить друг друга, то научимся любить и Бога. И тогда Господь поможет нам во всех добрых делах.
Протоиерей Сергий Гусельников, г. Самара.

(1) Шаганэ — Тальян (Амбарцумян) Шаандухт Нерсесовна (1900-1976) родилась в небольшом городе на юге Грузии — Ахалцихе. Зимой 1924-1925 гг. Сергей Есенин приезжал к морю в Батуми, некоторое время проживал здесь, где и состоялась его встреча с молодой учительницей литературы, умной и обаятельной женщиной, которая гостила у своей сестры. Под впечатлением знакомства и встреч с юной армянкой было написано известное стихотворение.

Источник: Благовестсамара.рф

Этот день в православном мире


О паломничестве


"Паломничество, будучи одним из аспектов духовной деятельности Церкви, уходящим корнями в глубокую древность, представляет собой форму богопочитания и является реализацией духовной потребности паствы в поклонении святыням, участии в богослужении у святых мест, молитвенном общении с верующими других Поместных Православных Церквей как выражении единства и соборности Православной Церкви, согласно учению Священного Писания, Вселенских соборов и святых отцов."


п.1. "Положения о паломничестве и паломнических службах Украинской Православной Церкви" (принят Священным Синодом УПЦ 26 августа 2011 г., журнал №65)